Информационный портал Национальной ассоциации сметного
ценообразования и стоимостного инжиниринга

24.08.201704:11

Проекты по шельфу ждут финального инвестиционного решения

Проекты по шельфу ждут финального инвестиционного решения
30 Сентября 2011, 00:00
Фото:
M_Krutihin.jpg
Версия для печати

- Михаил Иванович, как бы Вы оценили российский опыт освоения континентального шельфа?

- Пожалуй, как нулевой. Те компании, которым сегодня позволено работать на шельфе, «Газпром» и «Роснефть», такого опыта не имели. Скажем, у «Роснефти» есть подразделение «РН-Сахалинморнефтегаз», оно участвует в освоении месторождения «Сахалин-1» в составе международного консорциума. И сейчас, когда у «Роснефти» возникла необходимость нанять специалистов, головная компания пытается перетянуть их с Сахалина. Только люди оттуда не очень едут, поскольку уже прижились там, работают с иностранными партнерами и вполне хорошо себя чувствуют. В результате у «Роснефти» сегодня просто нет кадров, которые бы понимали, что делать на шельфе. У «Газпрома» положение тоже аховое. Когда компания работала в Иране с проектом «Южный Барс», то вложила только деньги, никакого опыта не приобрела. Прошлым летом «Газпром» вывез платформу на месторождение «Приразломное», поставил ее там – но ведь строилась эта платформа с 1974 г. Так что в освоении континентального шельфа России никак не обойтись без иностранцев.

- На Сахалине работает компания «РН-шельф-Дальний Восток» под руководством Льва Бродского – у него, как говорят, опыт хороший есть.

- Лев Соломонович, несомненно, обладает большими знаниями и умениями, он разговаривает с иностранцами на их языке – и по технике, и по финансам. Но он не хочет уезжать с Сахалина. Во-первых, возраст приближается к пенсионному, во-вторых, ему на острове и так хорошо.

- В таком случае, какие иностранные компании можно рекомендовать для сотрудничества?

- В первую очередь, норвежскую компанию Statoil, затем Shell, Exxon Mobil, BP. У французской Total есть очень хороший опыт освоения глубоководных месторождений в Западной Африке. Вот эти концерны самые главные. Правда, здесь многое будет зависеть не только от самих крупных компаний как организаторов, а от того, кого они наймут как подрядчиков для бурения скважин и обустройства их, для строительных работ, будут  использоваться платформы или технологические узлы расположат на дне. Способ транспортировки газа важен. Допустим, если примут решение о сжижении газа, то, скорее всего, следует обращаться либо к Shell, либо к Total, можно также к южноафриканцам из Sasol.

- Какой этап в деле освоения шельфа наиболее сложный?

- На мой взгляд, это подготовка проекта таким образом, чтобы по нему можно было принять финальное инвестиционное решение. Например, сейчас на этом этапе застрял проект по Штокману. И он не продвинется дальше, пока по нему не примут финального инвестиционного решения, то есть нужно определить, сколько будут стоить все его части, во что обойдется добыча и за сколько можно будет продать газ.

- Видимо, сделать это не так просто, ведь стоимость работ на этапе проектирования и во время самого строительства может отличаться в разы…

- Тут начинается самое интересное. Когда «Газпром» занимается строительными работами, у него сметы на данные работы по сравнению с европейскими примерно в три раза получаются дороже. Но в случае со Штокманом сформировался консорциум из «Газпрома», Statoil и Total, а норвежцы и французы не дадут раздувать сметы. Так что этот проект из тех, где расходы будут прозрачными, подо что уже проще найти проектное финансирование.

- Западные компании готовы делиться, помимо денег, своими технологиями?  

- Во многих контрактах, которые наши компании пытаются заключить с иностранцами, есть специальное условие о передаче технологий – это касается и Штокмана, и «Сахалин-1», и «Сахалин-2». Более того, оговаривается доля российских подрядчиков, поставщиков материалов и оборудования, которые должны быть задействованы в проекте. И очень часто в тендерах побеждает та иностранная компания, что формирует на территории России совместное предприятие, показывая, насколько в ее предложении сильно участие российских компаний.

- Недавно было объявлено о соглашении между «Роснефтью» и Exxon Mobil. По каким признакам можно будет понять, что это всерьез и надолго?

- Давайте посмотрим. Они должны до конца года составить план мероприятий по работе над совместными проектами. Что это такое, пока не знает никто. Вместе с тем, уже сегодня можно назвать несколько препятствий для реализации плана. На днях было объявлено, что Правительство РФ в 2012 г. будет выполнять план приватизации, в том числе по продаже 15% «Роснефти» в частные руки.  Это означает, что если сейчас Exxon Mobil в каком-либо шельфовом проекте может рассчитывать на 33,3% акций, то после продажи государством 15% пакета потенциальная доля Exxon Mobil значительно сократится. И захотят ли иностранцы работать в таких условиях, совсем не ясно. И вторая проблема. Только что в Министерстве природных ресурсов РФ объявили, что Exxon Mobil не сможет претендовать на часть продукции, чтобы поставить ее на свой баланс, поскольку лицензия будет принадлежать «Роснефти». То есть иностранцам предлагают быть операторами сервисных услуг, но они хотят быть партнерами.

Беседовал Станислав СТРЕМИДЛОВСКИЙ